Власть и монополия на законное насилие

Государство отличается от всех других форм организации людей тем, что оно располагает военной силой и судебно-репрессивным аппаратом. Не случайно при определении политического Шмитт особое значение придавал jus belli - праву вести войну. Обяъсняя свою мысль, Шмитт говорил, что государство, выступает как единство политического, вправе требовать от всех тех кто принадлежит к данному конкретному народу быть готовыми идти на смерь. Иначе говоря, государство в случае необходимости вправе не только применить насилие к своим nодданым, но и требовать от них служения государству с оружием в руках для применения вооруженного насилия к врагам самого государства.

Суверенное национальное государство — главный субъект политики в качестве носителя не только власти в рамках отдельно взятой страны, но и главного субъекта политических отношений на международной арене. Будучи носителем суверенитета и единой воли составляющих его людей, государство вправе использовать свои полномочия не только внутри страны, но и вовне, вступая во взаимоотношения с другими государствами. Именно государство имеет реальные властные полномочия осуществлять внешнюю политику, выступать в качестве субъекта отношений с Другими государствами, заключать межгосударственные договоры и соглашения, объявлять войну и заключать мир.

Власть в сфере международных отношений — это прежде всего способность одного субъекта контролировать поведение другого субъекта или группы субъектов. При таком понимании власти несводимо определить, кто контролирует «кого» или «что». А это предполагает, что акторы международных отношений взаимодействуют друг с другом. Соответственно, власть в данной сФере предполагает конфликт. С этой точки зрения важно определить, как субъекты международной политики, вступающие во взаимоотношения или находящиеся в состоянии конфликта, воспринимают и оценивают друг друга. Естественно, от масштабов власти зависят вес и влияние конкретного государства на мировой арене. Из этого можно сделать вывод, что в международных отношениях, как и во внутриполитической системе, власть зачастую играет ту же роль, которую деньги играют в экономике, или, как отмечал Дж. Ротгеб, роль «международно-политической валюты», используемой для определенных результатов или достижения внешнеполитических целей.

Власть не постоянна и не фиксированна. Как и сумма денег, ее объем может уменьшаться или расти. Например, энергичный деятель, пользующийся поддержкой населения, способен придать власти дополнительную значимость и силу. Власть, взятая сама по себе, носит символический характер и становится инструментом выявления, определения и реализации коллективных целей. Ее эффективность в данном контексте составляет критерий или меру ее ценности. В этом смысле физические ограничения означают для власти то же, что золото для денег: последнее средство утверждения их стоимости в период кризиса. К золоту как эталону прибегают лишь в периоды кризиса. В нормальной же ситуации стоимость денег определяется его способностью к обмену, без помощи эталона. Точно так же власть прибегает к силе лишь в тех случаях, когда члены коллектива не подчиняются его общим интересам.

Поэтому власть сильна и дееспособна не тогда, когда она всемогуща, и прибегает к силе не в качестве prima ratio, а в качестве ultima ratio, когда проявляется максимум заботы о членах общества и обеспечиваются оптимальные условия для их безопасности и самореализации. Злоупотребление властью, подавление свободы граждан заложены не в сущности самой власти, а в ее необоснованной и неоправданной концентрации. Политика — это не только насилие или угроза его применения, наказание и конфликт, но и обещания, вознаграждения, сотрудничество, обмен и т.п.

Власть в методологическом плане как отношение между двумя или более партнерами опирается на общепринятые или юридически закрепленные в данном обществе ценности и принципы, определяющие и регулирующие место, роль и функции как отдельного человека, так и социальных групп в системе общественных и политических отношений.

историцизм